Расистские политики были гораздо больше загружены в 1991 году, когда Деррик Белл, в те времена профессор юридической школы Гарвардского университета, вышел на забастовку, чтобы потребовать принять на работу черную женщину - члена факультета, и в то же время случайно запустил политическую карьеру студента, который впоследствии стал первым черным президентом США. В период обостренной расовой борьбы, Барак Обама, в то время член ассоциации черных студентов юридической школы и президент ее юридического журнала, ясно дал понять, что, несмотря на то, что он поддерживает Белла, его естественным желанием остается компромисс и примирение. Видеозапись речи Обамы, обращенной к демонстрантам, опубликованная ранее в этом году Эндрю Брайтбартом, с напрасной надеждой на то, что это навредит президентской кампании Обамы, демонстрирует, как он тешит самолюбие Белла и вызывает смех толпы комично театральной лестью. В то же время, как Гэри Камийя отметил в "Салоне", когда вышло видео, Обама "попытался найти компромисс в горячем споре". Камийя приводит цитаты из книги Томаса Сюгру, изданной в 2010 году, "Еще не в прошлом: Барак Обама и бремя гонки": “Обама позиционировал себя как человека, который мог бы примирить резкие разногласия Гарварда, внеся немного вежливости в полемику. Он отказался обвинять своих критиков и ввязываться в споры. Говоря словами Брэдфорда Беренсона, студента-консерватора, который позже работал во второй администрации Буша, "даже будучи явным либералом, он не казался таковым консерваторам в журнале, чтобы занимать обе стороны межплеменной войны".

Критикам природного газа пора вернуться с небес на землю
Делегаты, прибывшие в Катар на ежегодное заседание ООН, посвященное обсуждению климатических изменений могли бы задаться вопросом, не был ли выбор места проведения немного легкомысленным. Небольшой эмират в Персидском заливе, член ОПЕК, нефтяной картели, обязан своим благосостоянием энергоносителям, в то время как мир сейчас ищет способы отказаться от них, или, по крайней мере, сократить использование. И все же Катар, который сделал ставку не на нефть, а на природный газ, - идеальное место для того, чтобы всерьез обсудить ключевой вопрос климатических дебатов: должны ли страны, которые стремятся остановить изменение климата, использовать природный газ, который чище чем уголь и нефть, но все же является энергоносителем? В спорах по климатической политике выделяются две тенденции.

Министр финансов Греции сообщил о том, что греческие банки должны согласиться на вторую волну списания долгов в текущем году из чувства патриотизма. Разумеется, они пытаются избежать этого, но могут уступить, если политики позволят им признать отложенные налоговые активы на счетах капитала. Сейчас в Европе активно обсуждают обратный выкуп греческого долга, лидеры европейских стран даже сумели договориться (а это было нелегко) о финансировании Греции, чтобы она могла рассчитаться со своими кредиторами. Испанские банки вскоре, вероятно, примут эстафету. Ранее на этой неделе Еврокомиссия устранила последнее препятствие, мешающее оказать испанским банкам помощь на сумму 37 миллиардов евро: наконец-то одобрены планы реструктуризации, которые являются обязательным условием финансовой помощи.

Уже через несколько лет Китай может стать ведущей силой на мировой экономической арене, в то время как центральная роль Америки, возможно, угасает (и уж наверняка никто не станет называть сейчас США «супердержавой»). Тем не менее, уникальный эмоциональный статус Америки продолжает оставаться незыблемым, поскольку она по-прежнему является центром притяжения мечты для многих людей. В этой связи показательно, что недавняя победа Барака Обамы над своим соперником-республиканцем Миттом Ромни совпала по времени с торжеством демократической системы Америки над однопартийным авторитаризмом Китая. В своей речи Обама сумел подобрать очень верные слова, говоря о «таинстве демократии» и описывая ее такой, какой она должна быть в идеале, пусть это и не всегда удается в реальности: свободные мужчины и женщины, действующие по доброй воле, способные и желающие изменить свою судьбу.

С учетом сложившейся макроэкономической ситуации мы ожидаем укрепления доллара в среднесрочной перспективе. Тем не менее, мы по-прежнему считаем, что в краткосрочной перспективе технические индикаторы указывают на рост всех остальных валют, кроме иены. Кажется, многим участникам не хватает уверенности в ценовой динамике. Как показывает анализ позиций трейдеров, расстановка сил на фьючерсном рынке почти не изменилось. Исключением стали евро и иена. Кроме того, рост евро скорее был вызван ликвидацией позиций на продажу, а не открытием новых - на покупку. Иена явно выделяется на общем фоне. Многие участники рынка считают, что в отношении иены кое-что изменилось. Мы бы не стали спешить с подобными заявлениями, поскольку декларативная политика (то, что говорят политики) и оперативная политика (то, что они делают) это две большие разницы.

Еврозоне следует постепенно создавать орган с полномочиями национального правительства, единым казначейством и правом устанавливать налоги или выпускать общие облигации по брюссельскому проекту, чтобы обеспечить единой валюте право на существование. План, представленный в среду Жозе Мануелем Баррозу, президентом Европейской комиссии - своего рода попытка сиюминутно создать рудиментарный бюджет для Еврозоны. Он требует формирования фонда в течение следующих 18 месяцев, что может подтолкнуть страны находящиеся в затруднительном положении, к более активным и решительным реформам. Фонд, который, согласно 51-страничному проекту, перерастет в полноценное казначейство Еврозоны, сперва будет предоставлять помощь исключительно тем странам, которые подписывают соглашение с Брюсселем, обязуясь провести реформы - процесс, аналогичный действующим программам помощи, предоставленным Греции, Ирландии и Португалии.

Практически сразу же после переизбрания на пост президента США, Барак Обама занялся вопросом взятия под контроль растущего госдолга страны. Собственно, сейчас почти все западные государства реализуют меры, направленные на сокращение – или хотя бы замораживание роста – показателей национального долга. В своем широко известном и часто цитируемом исследовании «Экономический рост в эпоху долга» (“Growth in a Time of Debt) Кеннет Рогофф и Кармен Рейнхарт утверждают, что страны, чей уровень госдолга превышает отметку 90% от ВВП, страдают от замедления темпов роста экономики. Показатели долга во многих государствах Запада сейчас опасно приблизились к этому критическому значению, а кое-где и превысили его. Согласно оценкам ОЭСР, к концу этого года соотношение долга/ВВП в Америке достигнет 108,6%. Госдолг Еврозоны составляет 99.1% от ВВП, причем лидером внутри региона является Франция (здесь коэффициент достигнет, как ожидается, 105.5%). На пятки ей наступает Великобритания (104.2%).

В начале 2012 года глава Федрезерва Бен Бернанке использовал выражение «фискальный обрыв», чтобы привлечь внимание законодателей и общественности к существующей проблеме. Бернанке подчеркнул угрозу, которую представляет для Америки комбинация таких запланированных на конец этого года факторов, как повышение федеральных налогов и урезание расходов.
Однако на самом деле нет никакого «обрыва», означающего, что если вы ступите за край – вы сорветесь, и будете стремительно падать, пока не ударитесь со всего маху о землю, после чего уже долго не сможете встать на ноги. В условиях современной экономики США запланированные к запуску меры станут скорее толчком «под фискальный уклон» - предполагая, что в полной мере эффекты повышения налогов почувствуются не сразу (потребуется какое-то время на коррекцию уровня доходов), равно как и последствия шагов по сокращению расходов (в определенной степени правительство может реализовывать их по своему усмотрению и поэтапно).

Повторит ли 2013 год историю 1937-ого? Этим вопросом задались многие аналитики из-за падения рынка акций после американских выборов. Шестнадцатого ноября стало ясно, что упал не только фондовый рынок, но и промышленное производство, которое является ключевым показателем состояния экономики. В данном случае "1937" мы ассоциируем с падением рынка, которое также произошло после переизбрания президента от демократов - Франклина Рузвельта - в 1936 году. Оно произошло не в один день, а растянулось на весь первый полный год после выборов. Промышленное производство резко упало на 34,5%. Промышленный индекс Dow Jones уменьшился вполовину: от значения чуть ниже 200 на начало 1937 года до менее 100 в конце марта 1938 года. Сегодня сложно представить падение фондовых индексов вполовину или безработицу выше 15%, как было во времена Великой депрессии. Однако параллель настолько очевидна, что ее нельзя не заметить. Она связана с угрозой раздутого правительства и отражена в нескольких категориях.

С фундаментальной точки зрения экономика Европы никак не может служить катализатором недавнего роста для евро. Показатели PMI явно указывают на ухудшение ситуации в четвертом квартале, в том числе и в Германии. Итоги последних заседаний лидеров стран ЕС по греческому вопросу тут тоже не при чем. Да, каких-то договоренностей удалось добиться, но взаимная ненависть на фоне формальных ограничений сильно тормозят процесс. Финансовые условия и ликвидность в Европе изменились в лучшую сторону. Возможно именно эти факторы стали причиной укрепления евро, начиная с середины ноября, но они ненадежны, их влияние быстро угасает и сходит на нет.