Что же делать? Таким вопросом мы задаемся, когда речь заходит об экономической политике Великобритании. Нужно быть совершенно беспечным, чтобы довольствоваться тем, что сейчас происходит. Да, в третьем квартале валовой внутренний продукт вырос на 1%, что многих весьма порадовало. Но экономика, фактически, стоит на месте уже четыре квартала подряд, потеряв 3.1% с начала 2008 года. Я по-прежнему убежден, что решение идти до конца с программой фискальной консолидации, резко стартовавшей в 2010 году, стало большой, если не роковой ошибкой. Хуже того, именно Великобритания послужила примером для еще более ожесточенной борьбы за фискальные сокращения в ЕС. В статье «Фискальная консолидация самоубийц», опубликованной в октябрьском выпуске Экономического обзора национального института, Дон Холланд и Джонатан Портс утверждают, что в этом году ВВП Великобритании был бы на 4.3% выше в этом году и на 5% в 2013 году, если бы не эти программы консолидации, в том числе и в самой Великобритании.

Иногда самый рискованный путь для политика - обещать обойтись без риска. Если Барак Обама проиграет на выборах, то лишь потому, что он слишком часто нес свое президентство как работник музея переносит бесценное произведение искусства, ступая по отполированному до зеркального блеска мраморному полу. Лейтмотивом первого срока Обамы стала осторожность. Вдохновенный и открытый кандидат превратился в замкнутого интроверта. Его новая предвыборная кампания была построена на критике Митта Ромни. О своих амбициях на следующие четыре года он говорил мало, скудно и неохотно. Вероятно, он рассчитывал таким образом сузить полосу обстрела для своего противника. Однако стремление к безопасности оказалось делом весьма рискованным. Избирателей больше всего беспокоит шаткая экономика и слабый рынок труда. Обама оставил их теряться в догадках относительно своих планов по стабилизации.

Комиссия по ценным бумагам и биржам США недавно отклонила предложенные правила, которые должны повысить безопасность денежных фондов в условиях финансового кризиса, что привело наблюдателей и регуляторов в состояние оцепенения. Причина паники и страха вполне понятно, особенно, если учесть риски, которым денежные фонды подвергают всю финансовую систему - достаточно вспомнить какую роль они сыграли в общей дестабилизации 2008 года. Денежные фонды принимают у инвесторов избыточную наличность и используют ее для покупки краткосрочных долговых расписок у компаний, банков и других финансовых институтов. Они имитируют банковские счета, позволяя инвесторам выписывать чеки, и обещая сохранность их вложений. В 2012 году на счетах «элитных» денежных фондов Америки, покупающих корпоративные и банковские облигации, находилось около 1.5 трлн. долларов.

Минуло четыре года с тех пор, как в мире началась Великая рецессия, а мировой экономике так и не удалось восстановиться. Избиратели теряют терпение, а правительства во всем мире падают словно кегли после меткого удара. Сложившаяся ситуация благоприятна для возникновения революционных настроений, если не в политике, то уж по крайней мере в экономике. За последние несколько месяцев, Международный валютный фонд - главный бастион сторонников всяческих ужесточений и консолидаций - неожиданно переметнулся на сторону защитников фискальной экспансии. Федрезерв в США пообещал печатать деньги в неограниченных количествах до тех пор, пока не восстановится полная занятость. А Европейский центральный банк объявил о неограниченных покупках облигаций на свеженапечатанные деньги - председатель немецкого Бундесбанка назвал эту политику промыслом дьявола. На прошлой неделе в Великобритании разразились еще более радикальные споры.

Комиссия по ценным бумагам и биржам США недавно отклонила предложенные правила, которые должны повысить безопасность денежных фондов в условиях финансового кризиса, что привело наблюдателей и регуляторов в состояние оцепенения. Причина паники и страха вполне понятно, особенно, если учесть риски, которым денежные фонды подвергают всю финансовую систему - достаточно вспомнить какую роль они сыграли в общей дестабилизации 2008 года. Денежные фонды принимают у инвесторов избыточную наличность и используют ее для покупки краткосрочных долговых расписок у компаний, банков и других финансовых институтов. Они имитируют банковские счета, позволяя инвесторам выписывать чеки, и обещая сохранность их вложений. В 2012 году на счетах «элитных» денежных фондов Америки, покупающих корпоративные и банковские облигации, находилось около 1.5 трлн. долларов. Деньги, текущие рекой из этих фондов, направлялись во многие крупнейшие банки мира, включая не только наиболее очевидных американских гигантов, таких как JP Morgan Chase, Bank of America, и Citi, но и крупнейшие банки Европы Японии - Barclays, Deutsche Bank, Bank of Tokyo, Sumitomo, Credit Suisse, и ING.

На недавнем европейском саммите канцлер Германии Ангела Меркель приветствовала премьер-министра Ирландии Энда Кенни поцелуем. Некоторые представители ирландской оппозиции уже называют его «поцелуем Иуды». Ведь она не оправдала надежд на то, что Еврозона хоть немного ослабит бремя, которое должна нести Ирландия для спасения своих банков. По завершении саммита французские и европейские чиновники заявили о победе по очкам над немцами, заставив их дать более четкое согласие по поводу намеченной даты - 1 января следующего года -, когда Европейскому центральному банку (ЕЦБ) должны быть переданы все полномочия по контролю за 6000 банков Еврозоны с лишним. Значимость этого «Единого надзорного механизма» (SSM) заключается в том, что после его запуска и «эффективной» работы в течение 2013г. фонды спасения Еврозоны могут приступить к прямой рекапитализации проблемных банков.

На дворе апрель 2015 года. В американской столице черешня цвете пышным цветом. И все же буйство красок не может скрыть темной тучи, нависшей над городом и над всей страной. Небо хмурое. Люди мрачнее тучи. Даже президент Барак Обама помрачнел, потому что близится конец его второго президентского срока. Обама вылезает из своего лимузина на солнечных батареях, и его приветствует председатель учрежденного им Бюро по равенству доходов. Несмотря на отчаянные попытки сократить разницу между средней зарплатной простых служащих и генеральных директоров, пропасть между богатыми и средним классом лишь увеличилась. Чтобы решить проблему, Обамовская Служба охраны рыболовства и диких животных объявила средний класс вымирающим видом. Не желая допустить его полного уничтожения, Служба создала тысячи приспособлений и специальных мест для нереста с жестко регулируемыми и охраняемыми условиями среды обитания, где, под присмотром и с помощью правительства, новому среднему классу позволят расти и богатеть, а уж потом выпустят его в большое общество.

Недавно Руперт Мердок признал свое поражение в противостоянии с Google и сетью Интернет, еще более могущественным противником, чем британское правительство. Мердок, единственный среди мировых медиа-магнатов, два года назад решил создать систему платного доступа к информации лондонской газеты Times, в которую не могли проникнуть ни Google, ни другие «паразитирующие» поисковые механизмы.По сути, газета была полностью отрезана от общедоступной сети Интернет. Позднее один из руководителей газеты Мердока так описал данную стратегию: «Руперт не только создал систему платного доступа, он окружил ее колючей проволокой, вырыл вокруг нее ров и заполнил его крокодилами». В последнее время Мердок смягчился. Статьи Times снова стали появляться в системе поиска Google, хотя любой человек, желающий прочитать их, по-прежнему должен заплатить 1 фунт за дневной выпуск газеты или 2 фунта за неделю. По случайному совпадению холдинг Мердока News Corp объявил об уходе директора подразделения цифровых технологий - Джонатана Миллера. А сам Мердок покинул пост председателя совета директоров Times Newspapers, дочерней компании News Corp, которая контролирует его британские газеты, занимающие ведущие позиции на рынке.

Кризис тянет мировую экономику и финансовые рынки ко дну, поэтому не стоит удивляться тем глобальным переоценкам принципов работы мировой экономики, которые ждут нас впереди. Судя по всему, голоса диссидентов профессии наконец-то достигли ушей широкой аудитории. Например, лауреат нобелевской премии Рональд Х. Коаз заловался на то, что, микроэкономика засорена моделями «черных ящиков», которые не способны достоверно показать фактические контрактные взаимоотношения между компаниями и рынками. Он отметил, что при низкой стоимости сделки и должным образом определенных правах собственности, частные контракты способны решить такие глобальные проблемы, как загрязнение окружающей среды; однако политики, глядя на одержимость экономистов упрощенными ценовыми теориями, предпочитают ориентироваться на фискальные инструменты.

Изначально меры экономии позиционировались как техническое приложение, впоследствии вызвавшее волну народных протестов. МВФ опубликовал результаты исследования, которые показали, что воздействие финансовой политики на экономический рост оказалось сильнее, чем предполагалось ранее. Напрашивается единственный вывод: чрезмерные меры экономии обладают разрушительной силой. С этим пора заканчивать. Нужно четко прояснить, что несет в себе это заявление и о чем умалчивает. МВФ не говорит о том, что жесткая бюджетная дисциплина непосильна, несправедлива, слишком болезненна и больше ударяет по бедным, нежели богатым людям. Упоминается лишь о том, что целевой уровень долга в рамках мер экономии может быть не достигнут в разумные сроки.